10 декабря отмечается Международный день прав человека. В Ярославской области защитой фундаментальных прав жителей уже больше двенадцати лет занимается Уполномоченный по правам человека в регионе Сергей Александрович Бабуркин - доктор политических наук, профессор. Известный журналист Элина Труханова спросила омбудсмена, с какими жалобами ярославцы обращаются к нему чаще всего, что людей особенно волнует сегодня, с какими неожиданными жизненными ситуациями приходится сталкиваться в работе.
Вопросы о жилье - в лидерах
– Сергей Александрович, вы работаете Уполномоченным по правам человека в Ярославской области с момента появления в регионе этого института, то есть с 2013 года, и, как никто, имеете представление обо всем спектре существующих в обществе «болевых точек». В уходящем году сколько жителей области к вам уже обратилось?
– Число обращений к Уполномоченному увеличивается ежегодно. В 2013 году их было всего 274, в 2020-м - около двух с половиной тысяч, в прошлом году - больше 3,7 тысячи. Примерно столько же, судя по всему, будет и по итогам нынешнего года. И это обращения по всему спектру прав человека, включая гражданские, то есть личные, а также социальные, экономические, экологические, политические, культурные права, иначе говоря - по всем направлениям, хотя и в разной пропорции. На первом месте по количеству обращений - экономические и социальные права граждан, они доминируют всегда. В том числе традиционно все эти годы в лидерах остаются вопросы, связанные с правом на жилище - в разных аспектах.
К примеру, мы сейчас принимаем активное участие в восстановлении жилищных прав гражданки К. и ее сына - инвалида по психическому заболеванию. Их единственное жилье – трехкомнатная квартира, находилась в залоге у банка и была продана с торгов. Однако малоимущими гражданами, нуждающимися в жилом помещении, мать и сына администрация муниципального образования не признала. На наш взгляд, незаконно.
Недавно, в ноябре, я принял участие в заседании «круглого стола», посвященного вопросам жилищно-коммунального хозяйства. На заседании присутствовали также руководители общественной приемной партии «Единая Россия», Народного фронта, Министерства строительства и ЖКХ региона, других заинтересованных организаций. Обсуждали в числе прочего и вопросы коммуникации между гражданами, органами власти и управляющими организациями. Аппарату Уполномоченного приходится сталкиваться с многообразием юридической практики в сфере ЖКХ: от лишения граждан единственного жилья и расселения ветхого фонда до вопросов благоустройства территорий и взаимодействия с управляющими компаниями. Итогом «круглого стола» стало принятие решения о разработке единой информационной платформы, которая объединит данные и упростит взаимодействие граждан с ответственными структурами.
Ради встречи мамы с сыном
- При всей неизменности спектра обращений в целом ежегодно выявляются, увы, и новые проблемы. Уходящий год не исключение?
- Меняется ситуация в мире, обстановка в стране, и это отражается, конечно, на тематике обращений. В частности, в последние три года на первый план вышли вопросы, связанные со специальной военной операцией, защитой прав участников СВО и членов их семей. И тут довольно широкий круг проблем начиная с фундаментальных вопросов, связанных с правом на жизнь, на личную неприкосновенность, до социальной поддержки и соцобеспечения, охраны здоровья и медицинской помощи раненым бойцам. Это большая часть нашей работы. Только по вопросам, связанным с СВО, мы в этом году получили несколько сотен обращений.
Но и в самой этой теме тоже происходят изменения. Новая проблема - воссоединение семей, разъединенных этим вооруженным конфликтом. Ко мне поступают обращения от жителей Ярославской области с просьбой помочь их оставшимся на территории Украины родственникам, обычно пожилым людям, перебраться в Россию. Мы несколько таких успешных операций провели – благодаря Уполномоченному по правам человека в РФ Т.Н. Москальковой: она контактировала и с украинским коллегой - омбудсменом Верховной рады Украины, и с Международным комитетом Красного Креста, и с нашими специальными службами и даже властями Белоруссии, которые тоже подключались к выполнению этого транзита. И, конечно, мы со своей стороны помогали.
- Примеры можете привести?
- По одному такому обращению мы начали работать еще в прошлом году. Житель Ярославля, военный пенсионер, попросил помочь перевезти из Черкасской области Украины его мать, поскольку навещать ее стало невозможно, и она осталась там одна. Мы начали эту работу, Татьяна Николаевна Москалькова тоже очень близко к сердцу приняла сложившуюся ситуацию, в результате нам удалось до Нового года организовать перевозку 93-летней женщины в наш регион. А уже в этом году мужчина вновь обратился к нам, когда возникла проблема с оформлением матери пенсии. Мы подключились, и недавно нам сообщили, что вопрос решен положительно и пенсия женщине назначена.
После этой успешной операции к нам поступило еще несколько подобных обращений, и мы продолжали действовать по уже опробованному алгоритму. Добились переезда из Днепропетровской области к дочери в Пошехонье пожилой супружеской пары. Сначала их довезли до украино-белорусской границы, на этом этапе помогал Международный комитет Красного Креста, передали на белорусскую территорию, оттуда перевезли в Брянскую область, куда выезжала сама Татьяна Москалькова, а потом уже доставили к нам.
Это был, конечно, очень непростой путь для пожилых людей, и по приезду им потребовалась медицинская помощь. После моего обращения к региональному министру здравоохранения М.Е.Можейко медицинскую помощь им немедленно оказали, а управление МВД, узнавшее от нас о ситуации, начало решать вопрос с оформлением законного пребывания на территории Ярославской области.
– Пропавшие без вести, пленные - их тоже удается находить и возвращать?
– Эта работа ведется систематически и, слава Богу, приносит результаты, люди возвращаются. Что касается без вести пропавших, то новая информация периодически появляется, личности устанавливаются, иногда, к сожалению, по останкам, которые находят по мере продвижения наших войск. Институт Уполномоченных по правам человека оказался востребованным и для решения такого рода вопросов.
Дети или братья - кто бойцу роднее?
– А есть ли жалобы, связанные с реабилитацией раненых бойцов? В прошлом году они были.
– Жалобы такие есть. Люди, получившие ранение, не всегда согласны с решением военно-врачебной комиссии, не всегда довольны проведенной реабилитацией. Мы тоже в этих случаях стараемся помочь, чтобы их ситуация и состояние здоровья были учтены объективно.
– Не так давно федеральный омбудсмен Татьяна Москалькова выступила с заявлением о необходимости упростить процедуру прохождения военно-врачебных комиссий ранеными бойцами. Что надо поменять?
– Да, эта проблема обсуждалась на Всероссийском координационном совете уполномоченных по правам человека в Российской Федерации, посвященном защите прав участников СВО, который проходил в мае в Екатеринбурге. Сейчас военнослужащий после лечения должен вернуться в часть, получить от командования разрешение на какие-то дополнительные действия, в том числе на прохождение военно-врачебной комиссии. Может быть, в обычных условиях это нормально, но, когда речь идет о раненых, которым сложно передвигаться, это требование не соответствует текущей ситуации, и мы об этом тоже говорим: надо учитывать реальное положение дел, чтобы из-за формальностей люди не испытывали трудности.
– После вашего обращения на федеральный уровень была решена проблема с получением выплат совершеннолетними детьми погибших участников СВО. Расскажите подробнее, пожалуйста.
– На одном из личных приемов, который проводился совместно с сенатором от Ярославской области Натальей Косихиной, поступило обращение с такой проблемой. Членам семьи скончавшегося от ранений участника СВО полагалась единовременная президентская выплата в размере 5 миллионов рублей в равных долях. По нормам действовавшего на тот момент законодательства к членам семьи, имевшим право на эту выплату, не относились совершеннолетние дети погибшего военнослужащего. И вся эта выплата при отсутствии других родственников «первой очереди» полагалась старшему брату погибшего, но не родным сыновьям участника СВО и, соответственно, его внукам. Я проинформировал о такой странной ситуации федерального омбудсмена и предложил внести соответствующие изменения в федеральное законодательство. Татьяна Николаевна Москалькова меня поддержала. Затем необходимые изменения были внесены и в региональное законодательство.
Работая по конкретным обращениям и ситуациям, мы видим, как они выглядят в законодательстве. И если нам очевидно, что там есть противоречия или какая-то неполнота, мы передаем информацию на федеральный уровень, чтобы принимались соответствующие решения. Точно так же - на уровне региона: обращаюсь к губернатору Ярославской области Михаилу Яковлевичу Евраеву, в Ярославскую областную Думу. И, как правило, получаю поддержку.
Что касается социальной помощи участникам СВО и их семьям, то по этим вопросам мы взаимодействуем с фондом «Защитники Отечества», Комитетом семей воинов Отечества, региональным управлением Министерства юстиции РФ, военной прокуратурой, адвокатурой, нотариатом, то есть со всеми, кто включен в решение этих проблем.
Пустые обещания за большие деньги
– Несмотря на массу организаций, готовых бесплатно помогать участникам спецоперации и их семьям, люди все равно продолжают выкладывать крупные суммы в кабинетах недобросовестных юристов. С этой проблемой вы боролись в 2024 году. В 2025-м работу пришлось продолжить?
– Эта тема нас очень задела и беспокоит. Некоторым участникам спецоперации и членам их семей иногда требуется квалифицированная юридическая помощь, которую по Федеральному закону «О бесплатной юридической помощи в РФ» они могут получить совершенно бесплатно. Существует много организаций, официально оказывающих участникам СВО и их родственникам такие услуги. Однако агрессивная реклама частных юридических фирм, якобы имеющих особые возможности в решении сложных проблем, все равно привлекает граждан. В таких конторах пользуются эмоциональным состоянием заявителей и, если использовать сленговое выражение, «разводят их на деньги». Причем выставляют очень крупные счета за совершенно пустые услуги.
Мы активно этому противодействуем – в информационном плане, и в практическом, но все равно приходят сообщения, что людям за большие деньги составляют формальные обращения, в том числе к Уполномоченному по правам человека. Что выглядит просто абсурдно, потому что Уполномоченный открыт для всех и обратиться ко мне может любой человек – совершенно бесплатно. И мои сотрудники – профессиональные, квалифицированные юристы – всегда оказывают бесплатную юридическую помощь.
– Поступали ли к вам обращения о мошенничестве в других сферах? В частности, о мутных схемах с продажей жилья на вторичном рынке, которые в последнее время стали в стране очень распространены и даже получили имя одной известной артистки.
– Хорошо помню, что летом поступило подобное обращение. Еще в 2024 году жительница Ярославля купила жилье у овдовевшей пенсионерки, после смерти мужа ставшей владелицей двух квартир. Со слов покупательницы, для совершения сделки она продала свою однокомнатную квартиру, взяла ипотеку, жить ей и ее ребенку негде. И хотя покупательница оформляла сделку очень тщательно, записывала на видео заверения продавца, что та совершает все действия осознанно и добровольно, потребовала предоставить справку из психдиспансера о состоянии здоровья, суд принял решение вернуть квартиру пенсионерке немедленно. А по возврату денег покупателю конкретный срок не обозначен вообще. Пострадавшая женщина просила возбудить уголовное дело о мошенничестве, но и этого не могла добиться. По этому поводу я направил обращение в прокуратуру с просьбой провести проверку и принять меры. К сожалению, вмешиваться в гражданский судебный процесс между физическими лицами омбудсмен не имеет права.
Но тема справедливости, обострившаяся в связи с историями о «бабушкиных схемах», – очень важная тема для общества. И для Уполномоченного по правам человека это важнейший повод для анализа ситуации. Потому что присяга Уполномоченного гласит, что он обязуется защищать права и свободы человека, руководствуясь Конституцией, законодательством, справедливостью и голосом совести. Помимо сухих требований закона тут еще есть вопросы справедливости, вопросы оценки с человеческих позиций тех или иных проблем в отношениях человека и государства.
Объединяя, не сломать
– В 2025 году в регионе продолжался процесс объединения школ, больниц, учреждений культуры, который для некоторых граждан оказался болезненным. К вам обращались ярославцы по этому поводу?
– Обращения, связанные с процессами оптимизации, реорганизации систем здравоохранения и образования поступали, и они говорят о возникавших точках напряжения. Я об этом, естественно, информировал принимавшие решения органы власти, с тем чтобы они задействовали механизмы, которые снижали бы это напряжение. В частности, когда началась реорганизация учреждений образования, ко мне поступила жалоба, что педагогические работники создающихся образовательных комплексов потеряют право на досрочный выход на пенсию. Я связался по этому поводу с Минобразования и профсоюзом работников образования. В дальнейшем проблема была снята.
– С театрами - ТЮЗом и кукольным - та же история получилась….
- Да. Но их работники к нам не обращались, я видел эту информацию в СМИ. Думаю, что такие ситуации могут быть отрегулированы принятием соответствующих поправок в нормативную базу. Это, безусловно, должно быть сделано, чтобы люди не теряли в своих правах при оптимизации. Мы видим, что процессы объединения и реорганизации учреждений сталкиваются и с традициями местности, и с угрозой потери работы, особенно если речь идет о малых городах или сельской местности, где возможности нового трудоустройства, прямо скажем, ограничены. Людей, конечно, заботит, что с ними будет, если оптимизация, которая выглядит обоснованно с точки зрения экономических расчетов и административных процедур, реально ставит перед ними вопросы, как им теперь организовать свою жизнь, как обеспечить пропитание семьи.
Вот у меня сейчас на столе лежит обращение от работников большесельского социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних «Колосок», где меняется структура. Они сообщают, что в результате реорганизации под сокращение попадает большая часть сотрудников. И хотя власти пообещали им содействие в трудоустройстве, люди волнуются, поскольку возможности для этого в районе весьма ограничены. Я направил в связи с этим обращение в правительство региона.
«Цифра» с сюрпризом
– Нововведения часто воспринимаются в штыки. Транспортная реформа в регионе, и в Ярославле в частности, тоже шла не всегда гладко. Так, много вопросов вызвал переход на исключительно безналичную оплату проезда. Вам пришлось вмешиваться…
– Эти обращения к нам поступали в начале года. Для кого-то безналичная система оплаты оказалась неожиданной и неудобной, и люди отстаивали свою принципиальную позицию, состоявшую в том, что варианты оплаты должны быть разными. Мы провели целую серию консультаций с региональным Министерством транспорта и вели дело к тому, чтобы оставить и альтернативные варианты. Как минимум в виде возможности приобретения разовых билетов. Нас услышали, разовые билеты за наличные деньги перед поездкой в ряде точек купить можно. Но работа в этом направлении продолжается, потому что надо расширять сеть пунктов, где эти разовые билеты продаются.
– В последнее время актуальнейшей темой стала защита прав человека в условиях цифровизации общества. «Цифра», с одной стороны, – благо, но иногда использование цифровых технологий оборачивается большими проблемами для граждан…
– Число поступающих обращений по этой теме увеличивается с каждым годом. В некоторых случаях из-за ошибок обработки баз данных, сбоев системы или отсутствия интернета в месте проживания люди лишаются документов, не могут воспользоваться денежными средствами, совершить поездку в общественном транспорте. Произошел у нас и вопиющий случай, когда ярославская пенсионерка, педагог с многолетним стажем, из-за какого-то сбоя в системе вдруг оказалась в списке умерших людей. Ее отказались обслужить в банке, она не могла воспользоваться деньгами со своих карт и счетов, которые были заблокированы, не могла совершить запланированную поездку в другой город. Ко мне женщина пришла уже в состоянии отчаяния, потому что процесс «воскрешения из мертвых» затянулся. Я напрямую связался с руководством управления по вопросам миграции УМВД по Ярославской области и убедительно попросил ускорить решение проблемы. Но даже после восстановления паспорта статус документа был обновлен не во всех базах данных, из-за чего женщине по-прежнему отказывали в обслуживании в банках. Пришлось держать эту ситуацию на контроле.
Эта история наглядно показывает, как малейший сбой в цифровой системе может изменить жизнь человека и доставить ему колоссальные неудобства. Такие ситуации требуют быстрой, ответственной и слаженной реакции государственных структур.
Подход к людям - неформальный
– Количество жалоб, поступающих к омбудсмену, во многом зависит от качества работы органов власти всех уровней, а также от межведомственного взаимодействия. Как повлияло и повлияло ли появление института Уполномоченного по правам человека на качество этой работы?
– Думаю, что повлияло позитивно, потому что это дополнительный канал объективной информации о положении дел и инструмент привлечения внимания органов государственной власти к тем проблемам, которые волнуют людей и связаны с широким кругом прав человека. По сути дела, Уполномоченный по правам человека помогает корректировать, когда это необходимо, деятельность органов государственной власти и местного самоуправления, исправлять ошибки и недостатки. Институт омбудсмена максимально открыт и доступен для граждан, что сокращает дистанцию между человеком и государством и позволяет быстрее и эффективнее решать возникающие проблемы.
– Не знаю, как сейчас, но три года назад у Ярославской области были самые низкие показатели по числу обращений к Татьяне Москальковой. То есть львиная доля вопросов решается на месте. Как Вам и вашим сотрудникам это удается?
– У меня нет последних данных, но в прошлом году такая информация тоже звучала, и это меня порадовало. При том, что часть обращений, которые поступают из региона к федеральному Уполномоченному, направляются мною. Я нередко обращаюсь к Т.Н. Москальковой с просьбами оказать поддержку в решении особенно сложных проблем, с которыми ко мне обращаются ярославцы. И все равно оказывается, что это наименьшее число в ЦФО. Думаю, это говорит о в целом неплохом качестве работы органов власти и, конечно, о высоком профессионализме моих сотрудников. Я вижу, как мои сотрудники искренне переживают и делают все для быстрейшего решения проблем, обозначенных в обращениях граждан.
– Неформальное отношение к проблемам людей может в прямом смысле спасти, не дать разрушить чьи-то судьбы. И это важно на любом уровне власти, во всех сферах.
– Безусловно. Благодаря, например, такому отношению к своей работе сотрудников Центра временного содержания иностранных граждан удалось сохранить, не разбить многодетную семью. Из этого учреждения нам позвонили и попросили: приезжайте, нужна ваша помощь. Как выяснилось, туда попала женщина, гражданка Узбекистана, с четырьмя детьми, старшему из которых было 14 лет. Русскоязычная молодая женщина в 2010 году с мужем перебралась к его родственникам в Симферополь. Но муж оказался домашним тираном, и, спасаясь, она вместе с дочерью убежала от него. Новым ее спутником жизни стал житель Ярославской области. Официально зарегистрировать брак пара не смогла, потому что женщина в 2016 году потеряла паспорт. По той же причине у троих родившихся здесь детей не было свидетельств о рождении, они не ходили в школу, хотя в целом ребятишки очень смышленые и развитые. В общем, там такая богатая история, что изумился даже прокурор области, когда ему о ней сообщили.
Сами же они – православные верующие и жили по принципу «бог поможет». Но миграционная служба руководствуется своими нормативными актами, и суд в итоге вынес решение о выдворении женщины за пределы РФ. Мы занимались этой темой довольно долгое время и продолжаем заниматься. Прежде всего нам удалось вызволить женщину с детьми из Центра временного содержания, где они, по сути, были лишены свободы. Мы выправили детям свидетельства о рождении и теперь работаем над тем, чтобы установить отцовство, для чего надо было провести экспертизу ДНК: с этим тоже долго бились, но в итоге все получилось, результаты готовы. Теперь они поступят в суд, который уже несколько раз откладывался, все это будет сделано. Кроме того, предстоит оформить документы матери, свидетельство о браке. Дети определены в школу, в том числе благодаря активному участию прокурора Ярославской области К.А. Юрздицкого.
По сути дела, это тоже работа гуманитарного толка - по спасению семьи и обеспечению прав детей. Ведь могли быть решения резкие, разрушающие, хотя и в рамках закона это было бы сделано: отобрали бы детей, отправили всех туда-сюда, развели по сторонам, и человеческие отношения были бы смяты и разорваны. Мы пытаемся, наоборот, все это удержать, сложить и сохранить.
Больше полномочий и независимости
- В октябре 2025 года на заседании постоянной Комиссии по правам человека Содружества Независимых Государств вы представили проект новой редакции модельного закона СНГ об Уполномоченном по правам человека. Он служит образцом для соответствующих законов в странах Содружества. В чем суть изменений?
– В укреплении статуса и расширении полномочий омбудсменов. Речь идет о возможности проведения проверок и принятия мер не только в отношении государственных органов и органов местного самоуправления, но и в отношении организаций, выполняющих определенные публичные функции. Ну то есть, строго говоря, медицинские организации, это не сфера деятельности Уполномоченного, потому что это не государственный орган, но нам реально приходится сталкиваться с проблемами медорганизаций, когда речь идет о праве человека на медицинскую помощь и охрану здоровья. Мы делаем это де-факто, но важно, чтобы это было оформлено и де-юре.
Мы говорим о правовой неприкосновенности Уполномоченных в период исполнения ими своих полномочий. А также о том, чтобы и сотрудники Аппаратов Уполномоченных тоже пользовались этой защитой - в частности, от дачи свидетельских показаний по ситуациям, которые стали им известны в ходе работы с обращениями граждан. С другой стороны, необходимо расширять возможности для граждан в их взаимодействии с Уполномоченными. В частности, сеть каналов, по которым люди могут к ним обратиться. Речь идет о цифровых каналах, которых в прежнем законодательстве не было. Там предусматривалась подача письменного обращения. Сейчас мы активно используем цифровые каналы связи, и это тоже должно быть зафиксировано в законодательстве.
Речь идет также об ориентации Уполномоченных на более тесное взаимодействие с институтами гражданского общества, с общественными организациями. Такой опыт накоплен у многих омбудсменов в СНГ, и сейчас это тоже включается в законодательство, чтобы поставить эту работу на прочную юридическую базу.
– Сейчас этот проект обсуждается?
– Проект подготовлен рабочей группой комиссии СНГ по правам человека, которую два года возглавляет Уполномоченный по правам человека в РФ Т.Н. Москалькова, и я был в эту рабочую группу включен. В нее входили представители разных стран СНГ – Армении, Белоруссии, Казахстана, Узбекистана, Киргизстана, Таджикистана. Мы работали над этим документом полтора года. В октябре я по поручению Т.Н. Москальковой представил проект на комиссии по правам человека Межпарламентской Ассамблеи СНГ в Санкт-Петербурге, а в декабре – на Комиссии по правам человека СНГ в Минске. И в ближайшие месяцы этот проект будет внесен на утверждение Межпарламентской Ассамблеи СНГ. Это будет новый ориентир, новые основания для деятельности Уполномоченных по правам человека в странах СНГ. То есть мы тоже внесли свою лепту в развитие правовой базы деятельности государственных правозащитников с учетом российского опыта и в том числе опыта Ярославской области.
